22.07.2022 | События

Вячеслав Никонов: Тегеран-2022 – такое же историческое событие,
как и Тегеран-1943

Первый зампред Комитета Госдумы по международным делам, председатель правления фонда «Русский мир», ведущий программы «Большая игра» (Первый канал) –
о визите Владимира Путина в Иран.

 

– …Вы в эфире сказали, что по своему историческому значению Тегеран-2022 можно приравнять к Тегерану-1943.

 

– Ну, любые аналогии, конечно, хромают, но и тогда, и сейчас речь шла и идет о встрече лидеров трех великих держав.

 

Только державы другие. (Тогда – СССР, США, Великобритания, сейчас – Россия, Турция и Иран – А.Г.)

 

И ясно же, что Великобритания сейчас, например, не была бы игроком на Ближнем Востоке – до калибра Турции или Ирана (ей далеко), да.

 

Соединенные Штаты свое влияние на Ближнем Востоке тоже теряют, и это хорошо видно по итогам визита Байдена, который (речь о визите – А.Г.) был абсолютно провальным.

 

И это его посещение Израиля, Саудовской Аравии не дали США ничего. Даже хваленого увеличения добычи нефти.

 

Более того, после визита Байдена цена на нефть только еще больше подскочила. Поэтому – да, если говорить о региональных проблемах Центральной Азии, роль Ирана, Турции и России сейчас, получается, по факту – больше, чем роль Великобритании или Соединенных Штатов в этом регионе, это безусловно.

 

Хотя возможность влиять на глобальные процессы в мире у нынешней «тегеранской тройки», может быть, и меньше… Но я должен напомнить, что главы государств, которые встретились в Тегеране в 1943-м, тоже решали локальные задачи борьбы с государствами-агрессорами, тогда они еще не приступили к созданию Ялтинского мира. Еще было все впереди.

 

– Про Байдена вы уже мне все рассказали, почему его визит не идет ни в какое сравнение с командировкой Путина…

 

– Потому что от Соединенных Штатов мало что зависит. Байден собирался ещё подвигнуть Израиль к военной помощи Украине, что не удалось сделать по целому ряду причин, часть из которых нам известна, часть – нет.

 

И вторая задача – увеличение нефтедобычи, с тем чтобы сбить цены на энергоносители, – не получилась.

 

– Да, почему?

 

– Потому что ни одна из нефтедобывающих стран региона не заинтересована в том, чтобы цена на нефть падала. И – потому они �